В штате Мэн заключенные процветают на отдаленных рабочих местах, а другие государства обращают внимание на

Людям, которые находятся в заключении, платят общеизвестно низкую заработную плату за кухню, стиральные работы и обслуживание.

Но расширенное использование ноутбуков создает другие возможности.

Это вторая часть серии из двух частей о удаленной работе в тюрьмах штата Мэн. Чтобы прочитать первую часть, нажмите здесьПолем

Престону Торпу всего 32 года, но он говорит, что уже получил работу своей мечты в качестве старшего инженера-программиста и купил скромный дом со своей зарплатой с шестизначностью. Все это было достигнуто, положив долгие дни из своей камеры в исправительном центре Маунтин -Вью в Чарльстоне.

«Нормально иметь 15-17 часов в день, чтобы действительно сосредоточиться на чем-то и научиться чему-то, как глубоко»,-говорит Торп. «И, к счастью, технологии – одна из немногих областей, в которых они не обеспокоены вашим высшим образованием. Они действительно обеспокоены вашей способностью писать код».

Самопровозглашенный «компьютерный гик», Торп говорит, что он построил свой первый компьютер в 13 лет. В старшей школе он всегда ожидал, что у него будет карьера в области технологий. Но у него также была мятежная сторона. Он попал в беду с наркотиками, использовал их и продавал их. Он говорит, что его родители выгнали его из дома, и он впервые оказался в тюрьме в возрасте 20 лет.

«Знаете, я волновался и довольно безнадежно, что я так сильно испортил свою жизнь, что больше невозможно было иметь обычную жизнь и нормальную карьеру», – говорит он.

Когда вам нечего терять, Торп говорит, что так легко вести себя. И когда вы вышли из тюрьмы с судимостью, без денег и личности в качестве осужденного, он говорит, что вероятность, что вы собираетесь улучшить свою жизнь, каким -либо образом, ноль.

Его собственные обстоятельства изменились в 2019 году, когда его перевели из тюремной системы Нью -Гемпшира в Мэн, где он обнаружил ноутбуки с ограниченным доступом в Интернет для образования. Именно тогда он говорит, что у него было прозрение, что он мог бы изменить себя, преследуя свою страсть. И около двух лет назад он стал одним из первых заключенных в стране, которые были наняты на удаленную работу.

«Теперь я чувствую, что у моей жизни есть цель», – говорит Торп.

Глаубер Коста говорит, что он впервые узнал о Торпе благодаря своему вкладу в онлайн -проект публичного программного обеспечения. Коста является генеральным директором Turso, международной базы данных компании. Он был впечатлен работой Торпа и понятия не имел, что он был заключен в тюрьму.

Как только он узнал, он подумал, что невозможно поговорить с Торпом, не говоря уже о том, чтобы нанять его.

«Но тогда, – говорит Коста, – оказывается, что он может принимать видеозвонки. А потом поговорив с ним, мне стало очень, очень ясно, что если это не реформатский человек, я не знаю, что такое».

Коста говорит, что он также был удивлен, узнав, что Торп имел право на удаленную работу, когда находился в тюрьме. Он нанял его в июне. Он подумал, что у Торпа могут возникнуть проблемы с проведением проверки данных компании, и он говорит, что подготовился к этому. Но так как это ищет только семь лет, и с тех пор, как Торп находится в тюрьме более десяти лет, «он на самом деле является нашей самой чистой проверкой данных», – говорит Коста.

«У него нет парковочного билета».

Несколько десятков других заключенных также работают от удаленной работы. В исправительном центре штата Мэн в Уиндхеме Дарлин Джордж-сертифицированный тренер по восстановлению, ученый и ассистент, который отбывает 40-летний срок за убийство своего мужа.

«Я стал заключен в тюрьму в 2009 году, и я был здесь 16 лет», – говорит Джордж.

В отличие от большинства женщин в тюрьме, Джордж получил высшее образование, прежде чем она была заключена в тюрьму. Она говорит, что все еще пытается максимально использовать все возможности. В течение последних двух лет она провела удаленную работу на полный рабочий день, сначала в качестве писателя грантов, а теперь в качестве координатора программы, для компании здравоохранения из штата Мэн.

«Работа, это просто заставляет тебя чувствовать себя хорошо», – говорит она. «Когда я – когда я опускаю голову ночью, я могу сказать, что что -то возвращаю».

Джордж наслаждается своей ролью, принимающим решения, и защитника медицинского обслуживания клиентов. Она делает конкурентную зарплату. И она говорит, что ее босс и ее коллеги чрезвычайно поддерживают ее ситуацию, как и другие женщины в исправительном центре штата Мэн.

«Буквально, я работаю из своей комнаты. Есть признак того, что я выпускаю, который дает людям знать, что я увеличиваю или на встречах», – говорит она. «Они стараются не быть шумными на полу … потому что они как:« Ну, мы тоже хотим работу ».

Мара Санчес, директор программы Альянса по высшему образованию в тюрьме, говорит, что Департамент исправительных учреждений штата Мэн был первым, кто имел политику удаленной работы.

«Их реализация, готовность попробовать удаленную работу для заключенных студентов, действительно установила планку для других штатов и была очень вдохновляющей для других штатов», – говорит она.

Комиссар по исправлению по вопросам исправительных учреждений Рэндалл Либерти говорит, что удаленная работа – это результат расширенных образовательных возможностей в тюрьме. Есть 800 жителей, которые теперь имеют доступ к Интернету.

«У нас есть техники, которые следят за тем, куда они идут и что они делают, и у нас было очень мало проблем», – говорит Либерти. «Если это обеспечивает значимую работу для них … это также позволяет переходить в сообщество».

Например, Либерти говорит, что один житель работал в качестве юриста в юридической фирме и продолжил работу после того, как он вышел. Заработная плата украшена за алименты, реституцию жертвы и другие сборы. А для тех, кто зарабатывает выше определенной суммы, 10% отправляются в Департамент исправительных учреждений для комнаты и совета директоров. Но жители также могут сэкономить деньги или отправить их домой. А Либерти говорит между образовательными программами и отдаленной работой, тюремная среда лучше для всех.

«Важно, чтобы офицеры работали с жителями, которые имеют надежду и имеют значение в своей жизни», – говорит он. «У нас было 87 нападений на штат в 2017 году. В прошлом году у нас было семь нападений на персонал. Так что вся эта работа не только о жителях. Речь идет о сообществе … офицеры, которые ходят на работу каждый день и не чувствуют, что их жизнь находится под угрозой».

Свобода оптимистична, что удаленная работа может быть расширена до других людей в тюрьме, поскольку сеть работодателей, которые понимают их ценность, растет.

«Я думаю, что это может стать нормой», – говорит он. «Это не безрассудная попытка найти работу для людей. Это хорошо продуманный план с извлеченными уроками и последствиями … последнее, что кто-то хочет,-это потерять свой ноутбук».

Престон Торп согласится. Он надеется освободить где -то в следующем году. Он никогда не ожидал, что он начал успешную карьеру в тюрьме или купил дом. Но он говорит, что он больше всего гордится тем, что после всего, что он проведет своих родителей, они гордятся им.