Когда хозяйка поместья Даукшиагире Гедре Целите-Багдонавичене (дочь нынешнего владельца поместья Петра Ритоса Цеселиса) пригласила бывших родственников жителей поместья поделиться воспоминаниями о родителях, бабушках и дедушках или даже прадедах, живших или работавших в поместье, у Гедре не было больших ожиданий, но люди, откликнувшиеся на приглашение, значительно прибавили. страницы истории усадьбы.
Идея запечатлеть живые воспоминания людей пришла Г. Уселите-Багдонавичиеней после того, как ее пригласили исследователи истории Эгидиюс Дагилис и Мантас Тринкунас для участия в экспедиции по эксгумации немецких солдат времен Второй мировой войны в Вайнатраки. После этой экспедиции Гедре сказала, что поняла, что когда человек умирает, его личность определяется только теми вещами, которые ушли в могилу вместе с ним. А если он не был знаменитым человеком, если его достижения или история не были зафиксированы, то вся его жизнь уходит в небытие…
«При анализе истории усадьбы приходится просматривать целый ряд исторических источников в архивах, но в большинстве случаев это просто сухие исторические факты, плохо передающие портреты или характеристики личностей владельцев. И мне любопытно узнать более подробную картину: каким человеком был помещик, как он относился к наемникам, каково было его влияние на развитие усадьбы. Так у нас с Эгидиюсом Дагилом возникла идея запечатлеть живые воспоминания о усадьбе. в самой усадьбе и с ней пока еще есть о чем поговорить, пока живы воспоминания о бывших жильцах усадьбы. В архиве были найдены данные переписи населения Даукшягире 1942 года (за этот документ отдельное спасибо историку Шарунасу Субатавичюсу), так что у нас была отправная точка для поиска потомков этих семей”, – говорит Г. Цселите-Багдонавичене.
По словам хозяйки, в общении с откликнувшимися на ее приглашение людьми она надеялась открыть для себя новые исторические фотографии того, как выглядела жизнь усадьбы тогда. К сожалению, это ожидание не могло оправдаться, поскольку в те времена фотография была чем-то, что рядовые сельские жители вряд ли могли себе позволить. Зато нынешним владельцам удалось узнать кое-что интересное о бывших помещиках, о том, какими хозяевами они были для своих подданных. Г. Уселите-Багдонавичене также благодарит куратора музея Пакуонис Онуте Змеяускене за помощь в поиске живых свидетелей истории и увековечивании их памяти.
“Например, мы точно знаем, что в 1927 году был аукцион по продаже имения и его выиграла Казе Кудиркайте, но как интересно было услышать живое воспоминание о том, как эта новая хозяйка показалась куртизанкам в то время совершенно непохожей на будущую хозяйку имения, но что запомнилось всем, так это сумочка, которую она держала во время аукциона”, – говорит Г. Цселите-Багдонавичене.
Нынешним управляющим имения были представлены интересные воспоминания о господине Й. Норкайтисе. О них нынешнему владельцу рассказали родственники бывшего работника поместья Юозаса Казлаускаса.
Юозас Казлаускас работал в поместье Даукшягире курманом (хендлером – авт.с.) и смотрителем усадебного сада. В своих записанных воспоминаниях сын г-на Казлаускаса рассказал, что г-н Норкайтис платил своему подчиненному довольно хорошую зарплату – в те времена корову можно было купить за 100 литов, а усадьба получала 80 литов в месяц. В целом Я. Казлаускас был уважаемым человеком в имении и в деревне. «Многие люди знали и ценили его. <…> Он был своего рода личным водителем (Й. Норкайчио, – с. авт.), – рассказывает о Й. Казлаускасе его внук Альгимантас Гудаускас. Сам Я. Норкайтис доверял своему проводнику, поскольку в рассказах родственников Я. Казлаускаса неоднократно упоминается тот факт, что, когда началась война и когда г-н Норкайтис и его семья отступали из Литвы, он предложил своему подчиненному Я. Казлаускасу бежать вместе с ним, но тот не согласился, боялся быть пойманным и тем самым оставить свою семью на произвол судьбы.
Кстати, Юозас Казлаускас возил не только самого Ю. Норкайтиса, но и дам поместья – Антанину Кудиркене и Казе Кудиркайте. Как рассказывает племянник Юоза Антанас, дядя Антанины его очень хвалил, говорил, что когда он приезжал зимой, она предлагала ему горячий чай, а вместе с чаем
Усадьба Даукшиагири сейчас.
Фотография Реды Бутене
принес «грамм сто», уговаривал его: «Выпей, чтобы не простудиться». “Мой дядя очень хвалил обеих дам, а Норкайтис редко возвращался в поместье, раз в две недели или каждый месяц. Я что-то слышал, что в поместье приезжал и Сметона, со многими гостями”, – говорит Антанас Казлаускас. Между тем Алдона Целешюте-Жилинскене, мать которой Антанина работала в поместье, вспоминает госпожу Кудиркене по рассказам матери как строгую женщину. “Все ее боялись и напрягались, как только она пришла”, – говорит женщина.
По словам нынешней хозяйки, поиски истории поместья принесли и весьма неожиданные результаты – сохранившийся у семьи Казлаускаса (Йонос Норкайтис курман Юоз) документ – датированный 1929 годом. Была проведена земельная реформа. Этот документ перенес нас в момент, записанный Юозасом Казлаускасом в ХХ веке. помощь в записанных воспоминаниях. Говорят: «Отец получил землю, ему пришлось работать. Он получил ее как старый усадебный работник. Комиссия выделила ему 2 га, но я сам слышал, как господин Саснаускас говорил: «Казлаускасу надо дать полную норму, потому что на 2 га с такой большой семьей ему не справиться». Если нет, дайте ему еще одну веревку. Потом отцу выделили 8 га».
В воспоминаниях упоминается и Агота Казлаускайте-Кундротене, которая пропалывала усадебные клумбы, которые также хорошо отзывались о владельцах усадьбы. Как пишет в своих воспоминаниях дочь Аготы Марите Кундротайте, Норкайтис был большим джентльменом по отношению к своим подчиненным. “О нем очень хорошо говорят, что он был очень вежлив и всех приветствовал. Он очень любил всех своих сотрудников, никогда не ругал в резком тоне, но мило говорил, что двор усадьбы должен быть всегда подметен и чист. Господин Норкайтис платил своим жеребятам часть вознаграждения за работу деньгами. А после приказывал им не рассказывать никому, кто работает в окрестных поместьях Патамулши или Пагермуониса, не хвастаться тем, что хозяин дает В Даукшиагире даже крестьяне жили лучше, чем в тех поместьях, потому что обычно в поместьях все ждали урожая, а потом получали оплату сельхозпродукцией и зерном, а в Даукшиагире тоже получали деньги», — говорит Марите Кундротайте.
Кстати, она также помнит рассказы своей бабушки Марии Копчикайте-Казлаускене о том, как Кудиркене купила поместье на аукционе. Как уже говорилось, Кудиркене не была похожа на даму, и вообще никто не верил, что она и ее дочь были покупателями, но поместье перешло в их собственность.
По ее словам, всем заправляла старушка, а Норкайтис появился в имении лишь спустя какое-то время – еще молодым человеком, а свекровь (Кудиркене), видимо, отдала имение своей дочери, так и возникло имение господина Норкайтиса.
Ю. Норкайтис управлял поместьем чуть более десяти лет. В его руках имение процветало, хозяйство постоянно поощрялось казенными премиями. Однако, как уже упоминалось, когда началась война, г-н Норкайтис и его семья были вынуждены бежать за границу. Поместье было национализировано. В советское время на втором этаже усадьбы действовала школа. Делясь воспоминаниями о своей первой школе, Йонас Копцикас рассказывает: “В школу в поместье Даукшягире я пошел, когда мне было, может быть, 7 лет. Я пошел в первый класс, но через пару дней меня сразу выгнали во второй класс, потому что в 5 лет я уже умел читать, и даже начал читать по-немецки, в первом классе мне делать было нечего. Школа находилась на втором этаже особняка. Мой класс был в комнату с балконом, а дальше за ней в двух переходных комнатах были еще две классные комнаты. Была еще учительская на втором этаже, если подняться направо, я тоже учился в третьем классе в особняке, а потом уже перевели в школу под Пакуонисом.
Чуть позже на землях и территории поместья было основано колхоз, который впоследствии стал колхозом садоводства Даукшягире. В центральном здании до 1971г. находились административные помещения, позже здесь поселились люди. “В усадьбе жили люди, их там толпилось много, особенно на втором этаже – каждому давали по комнате. В подвалах разрешалось хранить картошку и свеклу. Видимо, дренаж был сделан хорошо, потому что подвалы очень хорошие”, – вспоминает жизнь в усадьбе Стасис Казлаускас. А Рита Седовене из детства помнит зал усадьбы, где проводились зимние карнавалы, а также усадебные «кломбы» (симметричные клумбы, – авт.п.), вокруг которых в детстве бегали на велосипедах. «Гряжи было много, но было весело», — пишет Рита в своих воспоминаниях.
Что ж, вы сами можете увидеть, как поместье выглядит сейчас, ведь после покупки поместья нынешним владельцем Петром Ритасом Уселисом было решено открыть двери дворца для публики. В усадьбе проводятся не только частные торжества, но и познавательные экскурсии. По словам хозяйки усадьбы Г. Цселите-Багдонавичене, гостей, посещающих усадьбу, интересуют не стены, а то, что скрывается за ними, какие люди здесь жили, каковы были их истории, поэтому вновь собранные свидетельства людей, несомненно, обогатят не только историю самой усадьбы, но и опытные экскурсии.
Риманте Янчаускайте
