Я не был готов к тому, что произошло после диагноза деменции моего отца

Мой папа крепко сжимал мою руку и посмотрел на меня паниками: «Не оставляй меня здесь».

В этот момент роли изменились. Как будто я был родителем, отказывающимся от их ребенка. Это воспоминание с августа 2022 года – когда мы перевели моего отца в учреждение по уходу за люди с деменцией – Один из последних случаев, когда я слышал, как он разговаривал. Вскоре он стал невербальным.

Мой папа был моим самым большим чирлидером перед его деменцией

В глазах моего отца все, что я касался, превратилось в золото. Он хвастался моими незначительными достижениями на Facebook и проходил праздничные ужины, если я преуспел в учебе в учебе.

Его Деменция началась Когда я был в университете. К концу моей степени он получил долг, сильно пил, демонстрировал антиобщественное поведение, и его долгосрочный партнер покинул его.

я вернулся домой Во время пандемии, вскоре после окончания учебы. Я был единственным членом семьи, способным оказывать практическую помощь, хотя другие члены семьи поддержали, где они могли.

Жить с ним была трудной. Мой папа больше не мог вести двусторонний разговор, и он повторял одни и те же истории снова и снова. Иногда он был добрым и приятным, а в других случаях взволнованный и злой. Не было никакого прогнозирования, контроля или рассуждений с ним.

Я начал задаваться вопросом, как бы это выглядела моя взрослая жизнь

Я был амбициозен и накопил список клиентов, написанных внештатными, во время обучения. Тем не менее, я потерял большинство клиентов в начале пандемии, и у меня не было воли или способности найти больше.

Связанные истории

Business Insider рассказывает инновационные истории, которые вы хотите знать

Business Insider рассказывает инновационные истории, которые вы хотите знать

Мы были достаточно привилегированы, чтобы позволить себе оплатукое -что так много семей не может получить доступ. И поэтому, когда моя мама предложила нам найти кого -то, чтобы взять на себя, я начал мечтать о выезде.

Мы встретили нескольких человек, но никто не чувствовал себя правильно. То есть до Дерека. Он был эксцентричным, спокойным, сочувствующим, не Непредсказуемое поведение папыи он говорил прямо с ним (то, что мало кто делал).

В течение двух лет Дерек предлагал общение, безопасность и структуру. Я переехал в свой Первая сольная квартира В городе в 80 милях, чтобы я мог посетить по выходным. Тем не менее, я несли много вины, особенно когда мой папа прислал мне тексты с просьбой вернуться к нему.

В 2022 году Дерек поделился, что мой папа снижается. Когда я вернулся домой из путешествий за границу, я был шокирован, обнаружив, что мой папа едва говорит и больше не участвует в его старых рутинах.

Мы перевели моего отца в дом по уходу за людьми с деменцией

Я позвонил Ассоциация Альцгеймераи они прислали мне электронную таблицу с сотнями домов по уходу в этом районе. Я показал их все и посетил дома с коротким списком с моей мамой.

Мой желудок затонул в этих визитах, когда я увидел стерильную и бездушную больничную атмосферу. Но в конце концов мы нашли дом для людей с деменцией, который был менее удручающим, чем другие. Сотрудники были дружелюбны, и жители свободно бродили по собственности. В доступной комнате была дверь, ведущая во двор, где мой папа мог свободно курить, и они позволили ему принести свою собаку.

В то время как мой папа к тому времени был почти невербальным, в тот день, когда мы его переехали, он стал последовательным и занимался двусторонними диалогами (то, чего он не делал годами). Он был напуган и зол, и умолял меня и Дерека не оставлять его там.

Это был правильный выбор, но я все еще чувствую вину

Логически, я знал, что перемещение его было лучшим решением. Но мои эмоции сказали что -то еще. Я помню, как наклонился у дерева за его Уход за домомпытаясь подавить мою тошноту, вызванную виной.

Мой отец все еще живет в этом доме по уходу, и теперь я уверен, что это было правильное решение. У него постоянное общение со стороны других жителей и 24-часовой уход, который ему нужен. Я с тех пор переехал за границуи я навещаю его каждые несколько месяцев, когда я дома. Хотя он не помнит меня, я могу сказать, что о нем хорошо заботятся. Он ест еду с другими, многие жители знают его по имени и предлагают ему закуски и сигареты, и персонал внимателен к его потребностям.

«Политика открытых дверей» дома для посещения дает мне душевное спокойствие, так как я всегда бросаюсь без предупреждения. Я также думаю, что количество человеческого контакта, которое он получает, замедлило его ухудшение, поскольку ранее ни Дерек, ни я были рядом с ним 24/7. Тем не менее, я все еще испытываю беспокойство по поводу него, и моя мама регулярно посещает и дает мне обновления, пока я нахожусь за границей.

Хотя я не уверен, что мои чувства вины когда-либо исчезнут, я стараюсь напомнить себе, что я живу в той жизни, которую хотел бы мой отец перед делением для меня.