Когда ледовые агенты ждут за пределами зала суда

Ранее в этом месяце в центре Манхэттена, на втором этаже гастронома возле Федеральной площади, двадцать восемь лет по имени Мерседес с тревогой ждала, когда готовилась к возможности ареста. Она была со своей одиннадцатилетней дочерью Джулиана, которая только что закончила шестой класс в Бронксе, а ее малыш, родившаяся в Нью-Йорке вскоре после того, как Мерседес и Джулиана пересекали границу с мексико Подано в кофе и завтрак. «Я видел на Тиктоке на днях, что некоторые парни из ЛЕД Пришел в ресторан и послал всех бега, но они просто получали что -то поесть », – сказал Мерседес, нервно смеясь. Ее малыш, которому было почти два, наклонился над перилами и вызвал агентов в детской табушке, но агенты не признали ее.« Приходите сюда! » Мерседес сказал, и ребенок побежал в ее руки.

Это было незадолго до восьми часов утра. В девять, Mercedes должна была появиться на «мастер -слушание» в своем иммиграционном деле. Основное слушание, как правило, является первым судебным слушанием в таком случае, в ходе которого судья объясняет права и обязанности респондентов, принимает заявления и устанавливает дату для будущего слушания, после чего респонденты с претензиями в убежище могут представить какие -либо доказательства. Но с момента весны федеральные агенты выстраивали в коридоры и лобби правительственных зданий на 26 Федеральной площади, 290 Бродвей и 201 Парик -стрит, ожидая арестованных мигрантов, как только они выйдут из зала суда. Первоначально, в том, что, пожалуй, наиболее часто наблюдаемая установка, адвокаты DHS просили бы, чтобы иммиграционные дела респондентов были отклонены; Министерство юстиции поощряло своих иммиграционных судей быстро предоставить эти запросы, что позволило бы быстрому заключению и депортации мигрантов иммиграционными и таможенными агентами, ожидающими снаружи. Теперь многие мигранты задерживаются независимо от статуса их дела. «Я просто не могу добросовестно посоветовать кому-то поехать на Федеральную площадь»,-Nuala O’Doherty-Naranjo, нью-йоркский адвокат иммиграции, который также является известным организатором сообщества в Квинсе, всего за несколько дней до запланированного появления Mercedes. «Две недели назад я бы сказал, но сейчас? Ни за что».

После того, как администрация Трампа начала арестовать в зданиях, пару месяцев назад, анти-депортационная группа по защите защиты под названием New Sanctuary Coalition начала отправлять наблюдателей за сопровождать мигрантов на свои федеральные слушания. «Мы не верим, что кто -то должен быть депортирован», доктор философии. Студенческий и новый волонтер -святилище по имени Брайан рассказал мне, когда он прибыл в гастроном, чуть до 8:30 ЯВЛЯЮСЬПолем Брайан, который не говорил по -испански, вручил Мерседесу, зная, что твои права. Я перевел, когда он попросил ее подписать отказ от конфиденциальности, разрешающий новое заповедник получить доступ к ее информации и записям в случае ее задержания ЛЕДПолем В то утро два других новых добровольца святилища будут сопровождать Mercedes – Джессика, учитель ESL, и Амелия, редактор кино, оба из которых прибыли вскоре после Брайана. Я спросил их в троих, не высказались ли они от имени мигрантов во время процесса. Они сказали нет. «На самом деле это принесет больше вреда, чем пользы», – сказала Амелия. Их поддержка была в значительной степени моральной, для общения и комфорта. Было немного больше, с чем они могли помочь.

Я тоже планировал наблюдать за слушанием. Ранее в этом году я написал о Mercedes и ее семье для произведения в этом журнале о том, как Tiktok изменил путь Это потенциальные мигранты из сельской местности в Южной Америке думают о жизни в США и о том, как они остаются на связи со своими семьями, как только они попадут сюда. Я оставался в контакте с Mercedes с момента публикации истории и помог ей связаться с некоторыми местными общественными организациями, которые предлагают бесплатные социальные услуги для недавно прибывших мигрантов в городе. В течение недель, предшествовавших ее запланированному слушанию, я присоединился к Mercedes для двух посещений бесплатной юридической клиники в Королев, которая проводится каждый вторник в подвале одной из этих некоммерческих организаций, выступает латиноамериканцы. Там Nuala O’Doherty-Naranjo проводит консультации с мигрантами, которые не могут позволить себе собственное юридическое представительство. Во время своего первого визита, в середине июня, Мерседес была одним из десятков мигрантов, которые терпеливо ждали своей очереди. Несколькими месяцами ранее, ЛЕД вошел в подвал организации, по -видимому, ищет кого -то, так что теперь окна зала ожидания были записаны на пленку с картонной бумагой, а дверь автоматически заблокирована изнутри.

Через почти три часа Мерседес вошел в небольшой офис О’Доэрти-Наранджо. На испанском испанском языке Американица О’Доэрти-Наранджо сказала Мерседесу, что судья, который был назначен на ее дело, было «трудным», но что ее заявление на убежище, которое было основано на поразительных претензиях на сексуальное насилие, преследование и угрозы смерти, а также безразличие полиции в Эквадоре. Мерседес, чей родной язык был Кичва, изучила испанский только тогда, когда ей было около десяти лет, и мне было трудно понять адвоката. «Она говорила так быстро», – сказала Мерседес, оставив консультацию, немного сбитая с толку; Позже сотрудники Loss Latinas помогли ей подать ходатайство о том, чтобы присутствовать на своем мастер -слушании практически, а не лично, что позволило бы ей поступить с делом без потенциальных конфронтаций с ЛЕДПолем Через несколько дней суд отклонил ее просьбу. За исключением неотложной медицинской помощи или шага за пределами штата, Мерседес должен был появиться. «Принеси своих детей»,-сказала О’Доэрти-Наранджо Мерседес во второй визит в клинику, три недели спустя. Она надеялась на это ЛЕД Агенты могут быть более неохотно задерживать мать со своими детьми из -за ограничений против удержания детей под стражей вместе со взрослыми. «Итак, пол, где сейчас спит много мигрантов, они не ставят там ребенка», – продолжила она. «Они буквально должны получить ей гостиничный номер и положить ЛЕД агент у двери. И ни у кого нет времени или денег, чтобы сделать это ». Тем не менее, О’Доэрти-Наранджо со вздохом признался: «В наши дни ты действительно никогда не знаешь».

Нам все было неловко, когда мы покинули гастронома для федерального здания суда, в четверть до девяти. Мы были отложены на несколько минут, потому что Jhuliana хотела купить пакет фруктовых закусок Уэлча для своей сестры с законопроектом о пятилетнем плате, который она выломала из своего желтого школьного рюкзака. «Я очень нервничаю», – сказал мне Мерседес.

Вместе она и Джулиана толкнули коляску ребенка по улице к зданию суда, проходя через металлоискатели и поместив свои вещи в рентгеновскую машину внизу, прежде чем ездить по лифту в комнату, где мужчины, одетые в наряд для бизнеса, казалось, наблюдали нас. Мы вошли в длинный коридор, в котором несколько листов розовой бумаги были приклеены к стене, перечислив имена респондентов и время слуха под их назначенным судьей и соответствующим номером зала суда. Новые добровольцы -святилища, стремясь помочь, начали тщательно изучать списки. Тем временем Джулиана, которая запомнила имя судьи, почти сразу обнаружила список со своими именами в конце коридора.

«Вот оно», – тихо сказала она на испанском. «Двадцатый этаж».

Два федеральных агента в масках стояли у входа в комнату ожидания, когда мы вышли из лифта. Оба носили маски Gaiter, которые покрывали их лица на их глазах. Оба были на бейсбольных кепках «Нью-Йорк», и на одном было написано письма в страшном готическом шрифте. Mercedes и Jhuliana затаили дыхание, когда они вошли внутрь. Мерседес зарегистрировался с судебным работником за небольшим столом впереди, который сказал ей, чтобы она заняла место и подождала, пока не будет вызвано ее слушание. Уже несколько десятков человек сидели в рядах голубых стульев. Значительное число из них, казалось, было наблюдателями или добровольными спутниками. Они были в основном старше, и один нес сумку Камала Харрис 2024. Остальные были респондентами -иммигрантами и их семьями, ожидая своих собственных слушаний, одетых как можно более хорошо. У одной семьи было двое детей о возрасте Джулианы, мальчике и девочке, которые были одеты в Шалвар Камез. Короткий, худой молодой человек в футболке с воротником, чей акцент звучал венесуэльцев, присутствовал со своей женой и маленьким ребенком. В Mercedes была светлая рубашка с короткими рукавами с колье из золотого цвета.

А ЛЕД Агенты носили футболки в армии-зеленых под тактическими жилетами, их большие руки, покрытые видимыми татуировками, и ремни, оснащенные фонариком, наручниками и пистолетом. Они шли вверх и вниз по длине комнаты, время от времени останавливаясь, чтобы смотреть на людей, ожидающих на своих местах. Некоторое время они смотрели на Джулиана, прежде чем Джессика села рядом с ней и начала задействовать ее в разговор. У одного был сшитый пакет бумаги, предположительно, с именами респондентов, фотографиями и другой информацией, которую он, казалось, изучал, когда он опросил толпу.

В какой -то момент они стояли возле сотрудника безопасности за зале суда, чернокожих с союзном универсальным значком безопасности, и они трое начали шутить и смеяться. Я хотел услышать, что они говорят, поэтому я приблизился.

«Подать пример», один из ЛЕД Агенты сказали.

«Я ждал, чтобы арестовать одного из этих ублюдков, чтобы они отступили», – сказал другой.

Не совсем ясно, о ком они говорили, но я мог только представить, что они имели в виду наблюдателей. Иммиграционный суд – это общественное пространство, открытое для всех. Несколько минут спустя было вызвано слушание. Респонденты сначала вошли в зал суда, за которым последовали наблюдатели, некоторые из которых были отвергнуты из -за отсутствия места. Сотрудник службы безопасности сделал объявление до того, как он закрыл дверь: если кто -либо из наблюдателей «помешал» судебным разбирательствам каким -либо образом, он бы убрал нас из здания и обвинили в нарушении. «Нет больше игр», – сказал он. Он звучал очень серьезно. В дополнение к мигрантам, несколько наблюдателей уже были задержаны в нью -йоркской иммиграционных зданиях; В том, что, возможно, было самым громким арестом, Брэд Ландер, контролер города и кандидат в мэры Демократической партии был задержан на 26 Федеральной площади в течение нескольких часов после сопровождения мигранта из его слушания.