А 62-летний отец по имени Махер Тарабиши посетил ЛЕД полевой офис в Далласе, штат Техас, 28 октября, как он делал каждый год в течение 17 лет. Тарабиши, родом из Иордании, находится в США под надзором. Несмотря на то, что его ходатайство о предоставлении убежища было отклонено, правительство США разрешило ему остаться в стране, поскольку он является основным опекуном своего сына Ваэля, у которого в четыре года было диагностировано прогрессирующее мышечное заболевание, называемое болезнью Помпе.
Обязательные ежегодные визиты Тарабиши в ICE никогда не были насыщенными событиями; он приедет, чиновник может спросить о состоянии Ваэля, и тогда он уйдет. На этот раз все было по-другому.
Теплым осенним днем в Далласе Тарабиши и еще несколько человек были задержаны агентами ICE. Когда Тарабиси не вернулся домой и его семья ничего о нем не услышала, они запаниковали. Как рассказала Guardian его невестка Шахд Арнаут, семья обычно получает известие от Тарабиши «каждые пять минут».
Через четыре часа после ареста он позвонил своей семье и рассказал им, что произошло. ICE утверждает, что Тарабиши является «иностранцем-преступником» и членом Организации освобождения Палестины, которую США признали террористической организацией в 1987 году.
«Мой отец жил в Соединенных Штатах на протяжении десятилетий и никогда не совершал преступлений», — сказал Ваэль в заявлении местному новостному каналу. “Он никогда не был членом какой-либо террористической организации. Он всегда соблюдал закон, платил налоги и вовремя посещал все встречи иммиграционной службы”.
Для его семьи задержание Тарабиси пахнет расизмом и демонстрирует Администрация Трампа стремится задержать как можно больше людей. Тем временем Ваэль, которому сейчас 30 лет, был госпитализирован из-за инфекции легких и крови. Поскольку его основной опекун находится в заключении и освобождения не предвидится, другие члены семьи вмешались, чтобы помочь Ваэлю, призывая к освобождению его отца.
«Сейчас он чувствует, что не хочет больше жить», – сказал Арнаут о Ваэле, «потому что они забрали главную причину, за которую он борется».
В течение Дональд ТрампВо время второго президентского срока ICE резко увеличила количество арестов и задержаний людей, которым никогда не предъявлялись обвинения и не были осуждены за совершение преступлений. На момент написания статьи почти 74% задержанных агентством не имели судимостей. Количество арестов иммигрантов также увеличилось во всех штатах, в первую очередь в Техасе.
Арест во время обязательной регистрации — обычная черта второго президентства Трампа. Это стало стандартной практикой в Далласе, хотя семья Тарабиси говорит, что он не беспокоился о своем визите в октябре.
«Он делал это уже много лет, — сказал Арнаут, — и это должен был быть просто еще один день».
Когда газета Guardian обратилась к ICE и спросила о деле Тарабиши, представитель Министерства внутренней безопасности поделился заявлением, в котором, в частности, говорилось: «Успешный арест Тарабиши ICE демонстрирует явное свидетельство того, что усилия администрации Трампа по обеспечению иммиграционного законодательства меняют правила игры, чтобы восстановить здравый смысл в нашей иммиграционной системе, укрепить национальную и общественную безопасность в нашей стране путем ареста подобных террористов».
После ареста семье Тарабиси сказали, что он будет содержаться в центре заключения Прейриленд, менее чем в 40 милях от Далласа. Но шли дни, а от него не было вестей, и семья не могла найти никаких записей о его задержании в Прериленде. С помощью активиста, который прочесал записи о задержаниях, Тарабиши в конечном итоге обнаружили, что Махера перевели в учреждение в Энсоне, штат Техас, примерно в трех часах езды от их дома.
После этого открытия семья могла разговаривать с ним по телефону почти каждый день. Они называют Тарабиши «невероятно эмоциональным парнем», который чувствует себя испуганным и неуместным в заключении, в окружении людей, которые на десятки лет моложе его.
“Он продолжает говорить: “Не забывай обо мне. Не оставляй меня в покое”, – сказал Арнаут.
Каждый звонок он также начинает с одного и того же вопроса: «Как дела у Ваэля?»
Арест стал разрушительным для его сына, которого многие члены семьи назвали лучшим другом Тарабиси. Отец и сын были неразлучны на протяжении всей жизни Ваэля, а Тарабиси обладает энциклопедическими знаниями о болезни Помпе. Болезнь вызывает прогрессирующую мышечную слабость, увеличение органов и серьезные проблемы с дыханием, а когда людям ставят диагноз в молодом возрасте, прогноз часто бывает мрачным.
«Врач сказал ему: «Ты не доживешь до пяти», — сказал Арнаут о Ваэле. «Я смотрю на него сейчас, и ему 30».
По словам ее и матери Ваэля, во многом это связано с кропотливым уходом Тарабиси. Хотя он работает инженером-электриком, он был рядом со своим сыном во время десятков операций, постоянно поднимая ему настроение.
«Махер был его куратором, его компанией по производству оборудования, его врачом, всем им», — сказала мать Ваэля, которая попросила Guardian не называть ее имени.
Через несколько недель после задержания Тарабиши Ваэль попал в больницу сразу с несколькими инфекциями. В какой-то момент его сердце перестало биться.
Когда его семья позвонила, чтобы сообщить эту новость отцу, они услышали, как Тарабиси потерял сознание. Они заверили его, что Ваэль пришел в сознание и теперь ему оказывают помощь, но это не утешило Тарабиси, который начал молиться между рыданиями.
Когда Ваэль давал интервью для этой статьи, он лежал на больничной койке, подключенный к множеству трубок и мониторов. Ему было трудно говорить, поэтому большую часть времени его невестка вмешивалась, чтобы объяснить, что он пытался сказать. Он говорил о своем отце («Он мое чудо», – сказал он) и об их взаимной любви к «Даллас Маверикс». Когда речь зашла о обмене Луки Дончича, Ваэль быстро сказал: «Я не хочу об этом говорить».
Его двоюродный брат, мать и невестка были рядом с ним, и когда разговор зашел о его отце, у Ваэля потекли слезы.
«Я не хочу, чтобы он много плакал, потому что каждый раз, когда он плачет и становится эмоциональным, уровень кислорода у него падает», — сказала его мать.
Арнаут вмешался, чтобы еще раз подчеркнуть, насколько ужасна ситуация как для отца, так и для сына.
«Я хочу, чтобы этот сын был возвращен вместе с отцом сегодня, до завтра», — сказала она. «Мы находимся на той стадии, когда не пытаемся потерять ни одного из них».
По теме
