1774476925
2026-03-25 19:15:00
Вы также можете прослушать статью в аудиоверсии.
Когда посетитель пражского Центра современного искусства DOX поднимается на верхний этаж и садится в одно из приготовленных кресел, перед его глазами начинает разворачиваться видеоистория. По мере погружения в воспоминания перед глазами постепенно всплывают слова одного из самых известных буддийских текстов – «Сутры сердца». Каллиграфия, основным посланием которой является фраза «форма ничем не отличается от пустоты, а пустота от формы», была создана в середине 1990-х годов на стене возле своего офиса в пражском метро «Палац» японоведом Петром Гейслером.
«Он записал первые несколько колонок сутры кистью и черной краской справа налево на выкрашенной в белый цвет и изношенной панели, закрывающей своего рода магазин, который только что был реконструирован», – описывает дочь японоведа Эстер Гейслерова. Обученный мультимедийный художник, часто работающий с видео, уже несколько лет является движущей силой предстоящей выставки, которая продлится до 7 июня в DOX.
Аудиовизуальная реконструкция творчества Гейслера была создана благодаря нескольким случайным фотографиям, сделанным японским богемцем и переводчиком Кидзоми Хирано в проходе Метро Палас в то время.
Каллиграфические знаки на стертой доске и породившая их спонтанность и внутренняя потребность невольно подтверждают то, что говорят о Петере Гейслере не только его дочери Эстер и актриса Анна, но и его ученик, японовед Петр Голый. “Он был не только нашим учителем в пражском японоведении, но и символом человеческой и творческой свободы. Он представлял учителя, журналиста, переводчика, каллиграфа, художника в одном лице. Таким образом, ключом к выставке является он сам и его непритязательный, беспечный, жизнерадостный и более или менее панк-образ жизни, подкрепленный огромным талантом и трудолюбием, которые мы с Эстер пытались запечатлеть в трех позициях”, – отмечает он.
Бумага для каллиграфии, аэрозольная и факсимильная бумага
Гейслер жил с 1949 по 2009 год. Его каллиграфические работы в DOX занимают целый этаж поменьше. Здесь также выставлены его произведения из коллекции Пражской национальной галереи, утварь и каллиграфия, которые он при жизни раздавал друзьям.
Будучи самоучкой и экспериментатором, он часто работал не только с бумагой и чернилами, но и с другими материалами. Например, на выставке внимание зрителя привлекут серебряные монеты или картон, но спреи, впитывающая бумага или бумага для факса не стали исключением. На первый взгляд привлекут внимание даже нетипичные рамки, которые обычно относятся скорее к графическим листам или классическим картинам. Благодаря им каллиграфию Гейслера можно воспринимать преимущественно как интересный артефакт, а смысл искать лишь во втором плане. В некоторых случаях это гораздо прозаичнее, чем можно было бы подумать: в DOX, например, висит каллиграфически изображенный соевый соус.
Фото: Profimedia.cz
По мнению Петра Голого, юмор и нестандартный материал ничуть не умаляют каллиграфического таланта Гейслера. “Он никогда не хотел, чтобы его каллиграфия была самой красивой. Он больше старался выразить свое сердце и слезы. Оказалось, что даже японцы не признают, что каллиграфия Петра была написана не японцем”, – говорит он.
Одно из двух азиатских пребываний, которые удалось совершить Гейслеру, было даже напрямую связано с его каллиграфическим талантом. В 1998 году художник Наоаки Ямамото пригласил его в Художественный музей Иокогамы для участия в мастер-классе по каллиграфии. «Они думали, что я собираюсь пригласить художника или скульптора. Когда они узнали, что я хочу пригласить иностранца, который пишет каллиграфию, они посмотрели на меня как на сумасшедшего», — вспоминал Ямамото в интервью в апреле 2025 года для предстоящего документального фильма «Два ребенка чернил».
Настоящий японский
Гейслер дважды ездил в Японию, учебная поездка осенью 1987 года была частью его согласия на работу в японской ежедневной газете Jomiuri Shimbun. С этим периодом связана та часть выставки, которую Эстер Гейслерова и ее сотрудники задумали как кабинет ее отца.
Кресло, ваза с цветком и стол, заставленный книгами, документами и записями, выглядят так, будто японовед просто сбежал что-то устроить. Работу команды иллюстрирует наблюдение из Японии, лежащее на углу стола, которое Гейслер регулярно печатал в газете «Джомиури Симбун». В ней автор описывает столкновение с характерными там цветами.
«Предпочтение отдается диапазону от красного до оттенков зеленого, также известного в Японии как цвет свежих листьев. Чтобы эти цвета лучше всего выделялись, они умело сочетаются с черным и белым. Прогуливаясь по территории Тодайдзи, я наслаждался пейзажами, которые де-факто составляют суть японской цветовой гаммы. Куда бы я ни посмотрел, повсюду были виды, которые перекликались с узорами лакированного подноса с моей едой. Цветные осенние листья тунца, темпура цвета гинко, продолговатые кусочки бумаги с омикудзи цвета белесой сепии, сёдзю из маринованных овощей цвета сосны. Чувство цвета — зеркало страны», — написал он.
Фото: Profimedia.cz
«Он никогда не стремился сделать свою каллиграфию максимально красивой. Скорее, он старался выразить свое сердце и слезы», — вспоминает Петр Голый о своем учителе Петре Гейслере (на фотографии с выставки изображен его письменный стол).
Гейслер сотрудничал с газетой более 30 лет и был единственным иностранцем, пишущим свои колонки на японском языке, по словам одного из авторов, выступающего в предстоящем фильме. Тот факт, что он не является носителем языка, был очевиден по конкретному используемому языку, но редакторы оставили это без изменений: они посчитали стиль аутентичным.
Страна, запечатленная в фотографиях
Чувствительность Питера Гейслера к миру также отражена в фотографиях, украшающих зал галереи. Развевающаяся на веревке монохромная одежда, девушки на роликовых коньках или суета улиц и редакций привлекательны сами по себе благодаря своей зарубежной эстетике. Гейслер, однако, освоил технику мультиэкспозиции: он сделал снимок аналоговой камерой, аккуратно перемотал пленку и добавил еще один кадр. Эти фотографии, которые годами лежали в подвале, стали для Эстер Гейслеровой самым большим сюрпризом в архиве ее отца.
Но не меньше посетителей могут заинтересовать архивные кадры японоведческих вечеринок на даче или отсылка к роману писательницы Анны Чима «Пробудим се на Шибуджи», где Петр Гейслер послужил свободной моделью персонажа заядлого японоведа.
Петр Гейслер
Японсковед, журналист, педагог, переводчик и каллиграф, живший с 1949 по 2009 год, изучал японологию и английский язык на факультете искусств Карлова университета в Праге.
С 1970-х годов он тесно сотрудничал с японской газетой «Джомиури симбун».
В 1980-х и 1990-х годах он перевел на чешский язык многие произведения древней японской поэзии. Его переводы можно найти в антологиях «Записки свободных мгновений» и «Бледная луна утром: любовная поэзия старой Японии».
Несколько книг он сопровождал каллиграфическими работами, которые оценили даже японские знатоки. Каллиграфия Гейслера также находится в коллекции Национальной галереи Праги.
Выставка, отражающая мир, переплетенный с любовью к Японии, искусству и людям, напоминает недавнюю выставку «Утешение вещей», которую DOX посвятил писателю и художнику Орхану Памуку. Во многом это связано с художественным и проницательным концептуальным видением сорокадвухлетней дочери Гейслера Эстер.
Она потеряла отца в двадцать пять лет, поэтому подготовка выставки стала для нее еще и возможностью завершить неполную мозаику его образа. «Среди всей каллиграфии, заметок, электронных писем, а в ходе дальнейших поисков иногда появляются семейные открытки, наши детские рисунки, его собственные стихи или даже сказки. Но больше всего папа раскрывается мне во время съемок документального фильма «Два ребенка души», когда я говорю о нем с людьми, которые его знали. Я узнала о его тонкой, хрупкой, внутренней системе, а также о его демонах и разобщенности. Благодаря его фотографиям, которые я пересматривала годами, Я также вижу, что он был впечатлен тем, насколько он был креативен и какое у него было чувство юмора. Но вы также можете почувствовать, насколько он был любящим и что его тоже любили», — говорит он.
В конце концов ей удалось превратить это чувство в игривую и насыщенную фактами выставку, способную привлечь в мир Гейслера даже совершенно незнакомых людей.
Выставка: Га-и-су-ра
Центр современного искусства DOX, Прага, до 7 июня 2026 года.
#Чех #обучавший #японцев #каллиграфии #Выставка #напоминает #веселом #Гейслере
Продолжение темы
